СуперЭтнос.рф  

статьи:

ВЛИЯНИЕ ПОПУЛЯЦИОННОГО ФАКТОРА НА ГЕНЕЗИС ПОЛИТИЧЕСКИХ КОНФЛИКТОВ

ЧИСЛОВОЙ АЛГОРИТМ ЭТНОПОЛИТОГЕНЕЗА

ГЕНЕЗИС КРИЗИСОВ ИНЕРЦИОННОЙ ФАЗЫ И СМУТНЫХ ПЕРИОДОВ В ФАЗЕ ПОДЪЕМА

ГИПЕРЭТНОС И ДАТЫ ВОЗНИКНОВЕНИЯ ЭТНОСОВ

ХАРАКТЕРИСТИКА ФАЗ ЭТНОПОЛИТОГЕНЕЗА И ФАЗОВЫХ ПЕРЕХОДОВ

МАСШТАБНЫЕ ВНУТРИПОЛИТИЧЕСКИЕ КОНФЛИКТЫ: БИОСОЦИАЛЬНЫЙ ПОДХОД К АНАЛИЗУ И ПРОГНОЗИРОВАНИЮ

Мониторинг состояния общественного порядка и безопасности в городе Набережные Челны на основе качественной оценки долей энергетических типов в структуре его населения

 

Эмпирическая проверка числового алгоритма:

ЭТНОПОЛИТОГЕНЕЗ ДРЕВНЕЕГИПЕТСКОГО ГИПЕРЭТНОСА

ЭТНОПОЛИТОГЕНЕЗ МЕСОПОТАМСКИХ СУПЕРЭТНОСОВ

ЭТНОПОЛИТОГЕНЕЗ РИМСКОГО СУПЕРЭТНОСА

ЭТНОПОЛИТОГЕНЕЗ ВИЗАНТИЙСКОГО СУПЕРЭТНОСА

ЭТНОПОЛИТОГЕНЕЗ ДРЕВНЕРУССКОГО СУПЕРЭТНОСА

ЭТНОПОЛИТОГЕНЕЗ ВЕЛИКОРОССОВ И ПРОГНОЗ РАЗВИТИЯ РОССИИ

ЭТНОПОЛИТОГЕНЕЗ УКРАИНСКОГО СУПЕРЭТНОСА

ЭТНОПОЛИТОГЕНЕЗ ЗАПАДНЫХ СУПЕРЭТНОСОВ В ПЕРИОД ИНЕРЦИОННОЙ ФАЗЫ И ПРОГНОЗ РАЗВИТИЯ ЗАПАДА

ЭТНОПОЛИТОГЕНЕЗ АНГЛИЧАН И ПРОГНОЗ РАЗВИТИЯ АНГЛИИ

ЭТНОПОЛИТОГЕНЕЗ КИТАЙСКОГО ГИПЕРЭТНОСА И ПРОГНОЗ РАЗВИТИЯ КИТАЯ

ЭТНОПОЛИТОГЕНЕЗ ЯПОНСКОГО ГИПЕРЭТНОСА И ПРОГНОЗ РАЗВИТИЯ ЯПОНИИ

Этнополитогенез древнеегипетских и древнемесопотамских этносов

статьи на другие темы:

Динамика политий и динамика качества населения

ОДИНОКИ ЛИ МЫ НА ЗЕМЛЕ?

ПРОГНОЗИРОВАНИЕ ЭКСТРЕМИСТСКОЙ ПРЕСТУПНОСТИ НА ОСНОВЕ БИОСОЦИАЛЬНОГО ПОДХОДА


Динамика политий и динамика качества населения


Рубин Гатуфович Сайфуллин
Казанский федеральный университет,
Россия, Республика Татарстан, 420008, Казань, ул. Кремлевская,18
Rubin Gatufovich Saifullin
Kazan Federal University,
Russia, Tatarstan Republic, 420008, Kazan, Kremlin street, 18

Аннотация. В статье выдвигается положение о связи динамики политий с этногенетической динамикой, что позволяет говорить о существовании единого процесса этнополитогенеза. Этногенетическая динамика выражается в том, что этнос на протяжении своей жизни проходит ряд возрастных фаз – устойчивых периодов и разделяющих их фазовых переходов – неустойчивых кризисных периодов, для которых характерны масштабные внутриполитические конфликты и крупные военные поражения созданного им государства. Этногенетическая динамика детерминируется динамикой качественного состава населения, т.е. динамикой долей индивидов различных энергетических типов в составе этноса. Формулируется универсальная, инвариантная относительно типов политий, этносов и исторических эпох закономерность, связывающая динамику политий в ее конфликтном аспекте с динамикой качественного состава населения – числовой алгоритм этнополитогенеза. Высказывается гипотеза, что в основе существования алгоритма лежит синхронизация динамики качества климатическими циклами, связанными с циклами солнечной активности.
Ключевые слова: динамика политий, динамика качества населения, числовой алгоритм этнополитогенеза, климатические и солнечные циклы.

История многих политий развивалась циклами, от расцвета и стабильности к кризису и упадку, а затем к очередному расцвету. Почему сравнительно стабильные периоды в развитии политий чередуются со смутными, кризисными? Ответы на этот вопрос варьируются от единичных объяснений, учитывающих конкретные характеристики определенной политии, до попыток создания обобщенных теорий социальной (исторической) динамики, фокусирующих внимание на изменениях определенной целостности  на протяжении продолжительного отрезка времени. К числу последних относятся работы, связывающие историческую динамику с социально-демографическими циклами (см., например: [1], [2], [3]). Их авторы основные причины начала внутриполитического кризиса видят во влиянии количественных факторов: перепроизводстве элит, т.е. в ее количественном увеличении, а также в перенаселении, т.е. в увеличении числа крестьян, что ведет к их обезземеливанию и голоду.
Однако к началу кризиса и распаду государства может привести деградация, как элиты, так и крестьянства без их существенного численного увеличения. Кризис может начаться, если среди элиты увеличивается и достигает некоего критического уровня доля деструктивных элементов – коррупционеров, непрофессионалов и т.п., плохо исполняющих свои функциональные обязанности. А среди крестьянства увеличивается до критического уровня доля плохо работающих или же вовсе не желающих работать лентяев и бездельников. Таким образом, политическая динамика в ее конфликтном аспекте может синхронизироваться динамикой качественного состава населения, что делает необходимым учет этой динамики при анализе социально-демографических циклов.
Необходимость учета динамики качества населения вытекает из того, что “важнейшим  условием регуляции численности популяции оказывается разнокачественность составляющих ее особей” [4]. Динамика качества является одним из действенных механизмов обеспечения популяционного гомеостаза путем увеличения доли особей определенных типов при высокой плотности популяции [5]. Сказанное справедливо и в отношении человеческих популяций.
Среди немногих историков, которые пытались исследовать влияние качества населения на историческую динамику, можно назвать Л.Н. Гумилева. Как отмечает К.Г. Фрумкин, “к заслугам Л.Н. Гумилева относится сама постановка вопроса о качестве участвующих в исторических событиях человеческих масс, о зависимости от этого качества исхода исторических событий, а самое главное – о зависимости самого этого качества от доли того или иного человеческого типа в общей человеческой массе” [6]. Здесь К.Г. Фрумкин имеет в виду выделяемые Л.Н.Гумилевым типы пассионариев (индивидов энергоизбыточного типа), субпассионариев (индивидов энергодефицитного типа) и гармоничных людей (индивидов энергоуравновешенного типа); последние составляют основную массу членов этноса.
Перечислим основные признаки, характеризующие, по Л.Н. Гумилеву, эти три типа. Отличительной чертой пассионариев является “активность, проявляющаяся в стремлении индивида к цели (часто – иллюзорной) и в способности к сверхнапряжениям и жертвенности ради достижения этой цели. Гармоничники могут проявлять значительную активность, но не по собственной инициативе, а находясь под влиянием пассионариев. Субпассионарность проявляется в неспособности сдерживать инстинктивные вожделения, асоциальном поведении, паразитизме, недостаточной заботе о потомстве. Сосредоточение субпассионариев в городах приводит к громадному росту алкоголизма, ситуативной преступности, наркомании, стихийных беспорядков” [7]. “Субпассионарии часто играют важную роль в судьбах этносов, совершая вместе с пассионариями завоевания и перевороты. Они способны на разбой, жертвами которого становятся гармоничные люди. Видоизменение соотношений энергетических типов, как численных, так и векторных, внутри этноса определяет процесс этногенеза” [8], под которым понимается “процесс прохождения этносом всех стадий своего развития (фаз этногенеза)” [7]. Л.Н. Гумилев считает, что динамика соотношения энергетических типов определяет этногенетическую динамику.
По мнению П.В. Турчина, “плодотворна гипотеза Л.Н. Гумилева о существовании тесной связи между судьбой государства и его этнического ядра, что позволяет рассматривать формирование государства и этногенез как два аспекта единого динамического процесса, который мы должны назвать этнополитогенезом” [3]. Используя это понятие, точнее будет сказать, что динамика соотношения долей энергетических типов определяет процесс этнополитогенеза – этногенетическую и связанную с ней политическую динамику.
Каждая фаза имеет свои отличительные признаки [7] и примерные возрастные рамки [8]. Фазы переходят одна в другую через фазовые переходы – кризисные периоды в жизни этноса, для которых характерны внутренние конфликты, ведущие к ослаблению, распаду, а иногда и гибели созданного им государства [8]. Возрастные рамки фазовых переходов Л.Н. Гумилев не указывает.
Приблизительная датировка Л.Н. Гумилевым так называемых “пассионарных толчков”, приведших к образованию новых этносов, позволила ему провести эмпирическую проверку своей концепции путем анализа этногенеза части этих этносов [8]. Однако ее результаты нельзя признать убедительными. У разных этносов существенно разнятся по своим возрастным рамкам одни и те же фазы, вообще не выделены фазовые переходы. Приходится констатировать, что Л.Н. Гумилеву не удалось доказать существование универсальной закономерности, описывающей динамику долей энергетических типов в составе этноса.     
Попытаемся решить эту задачу, опираясь на концепцию Л.Н. Гумилева, в которой этнический феномен рассматривается на основе примордиалистского биосоциального подхода.  
Существует мнение, что “макроистория представляет собой диалектическое взаимодействие этногенеза и социогенеза, которые выступают в качестве двух спиралей эволюции, обеспечивающих развитие и сохранение биологического вида Homo sapiens” [9]. Утверждается, что “история родо-племенных этносов, охватывающая примерно 100 тыс. лет, несоизмеримо продолжительнее, чем история любого социально-политического образования” [10]. Столь значительные, сопоставимые со временем существования самого вида Homo sapiens временные рамки существования этнического феномена заставляют рассматривать его с позиции примордиалистского биосоциального подхода: “Этносы – это биосоциальные сообщества людей, своего рода биологические подвиды единого биологического вида, через которые обеспечивается приспособленность его к конкретным условиям среды” [10].
Мысль об этносе как главном субъекте истории и биосоциальном феномене разделяется Л.Н. Гумилевым. По его мнению, “этносы, существующие в пространстве и времени, и есть действующие лица в театре истории” [11]; “этносы являются биофизическими реальностями, всегда облеченными в ту или иную социальную оболочку” [8]; “правомерно говорить об этногенезе как о процессе, движущими силами которого являются природные, биосферные факторы, опосредованно определяющие социальные формы жизни” [7].
Движителем социогенеза является “биосоциальная энергия этноса, преобразуемая в социальные потенции общества” [12]. Однако цитируемые авторы не уточняют природу этой энергии.
Близкое по смыслу понятие асабии (групповой солидарности, проявляющейся в способности группы защитить себя, оказывать сопротивление и предъявлять свои требования) использовал еще средневековый арабский мыслитель Ибн Халдун, одним из первых разработавший теорию политических циклов [13]. Политическую динамику Ибн Халдун связывает с динамикой асабии. Ряд современных исследователей использует это понятие при построении своих теорий (см., например: [3]).  
Л.Н. Гумилев пытается вскрыть генезис биосоциальной энергии этноса – пассионарности, которая, по его мнению, является не только популяционным, но и индивидуальным признаком [8], характерным как для этнических групп, так и для носителей этого признака – пассионариев. Пассионарность проявляется в активности индивидов и этнических групп, их способности изменять окружающую общественную и природную среду [7].
Пассионарный признак Л.Н. Гумилев определяет как рецессивный генетический признак, возникающий в результате микромутации (пассионарного толчка), имеющего космическое происхождение (излучение из космоса) [7]. Пассионарный толчок приводит к появлению в затронутых им популяциях пассионариев, которые создают новые этнические системы. Исследователи не приемлют этой гипотезы. Так, П.В. Турчин пишет, что “детали предлагаемого Гумилевым механизма основаны на явлениях, неизвестных или категорически противоречащих современной науке” [3]. Необходимо попытаться связать феномен пассионарности с хорошо известным биологической науке явлением.
В основе феномена пассионарности лежит, по нашему мнению, явление гетерозиса. На основе гипотезы о гетерозисном генезисе пассионарности было сформулировано положение, что новый этнос формируется в течение определенного периода времени в результате смешения различающихся в расово-антропологическом плане родительских субстратов. В смешивающихся популяциях из-за явления гетерозиса увеличивается число рождающихся пассионариев, которые формируют субэтносы, образующие ядро нового этноса [14]. Таким образом, источником пассионарности служит расово-антропологическая гетерогенность популяций этноса. Она максимальна в начале жизни этноса (в этот период максимально число рождающихся пассионариев), минимальна – в конце жизни (в этот период число рождающихся пассионариев минимально).
Основываясь на положении Л.Н. Гумилева о существовании для каждой фазы оптимальных значений для доли каждого энергетического типа [8], были даны дефиниции понятиям фаза этнополитогенеза (устойчивый период внутри фазы) и фазовый переход (кризисный период внутри фазы). Фаза этнополитогенеза – это имеющая возрастные рамки стадия существования этнической системы, в которой она сохраняет в целом устойчивое состояние, характеризующееся отсутствием масштабных конфликтов вследствие того, что доли пассионариев и субпассионариев на протяжении фазы изменяются в рамках спектра оптимальных для этой фазы значений.
Фазовый переход – это имеющая возрастные рамки стадия существования этнической системы, в которой она находится в неустойчивом состоянии, возникающем из-за того, что доли субпассионариев и/или пассионариев в определенном этническом возрасте выходят за рамки спектра оптимальных для завершившейся (текущей) фазы значений; это неустойчивое состояние характеризуется расколом этнического поля и сохраняется до тех пор, пока доли пассионариев и субпассионариев не перестанут выходить за рамки спектра оптимальных для следующей (текущей) фазы значений. Под расколом этнического поля здесь понимается образование в этнической системе двух или нескольких военно-политических группировок, придерживающихся диаметрально противоположных идеологических установок [7]; конфликты между этими группировками принимают, как правило, вооруженный характер. 
Согласно Л.Н. Гумилеву, пассионарность есть величина векторная. Раскол этнического поля математически можно описать как сумму величин пассионарности членов этноса, вектора которых из враждующих военно-политических группировок направлены противоположно друг другу. Очевидно, что результирующая пассионарность этноса будет близка к нулю. Именно по этой причине “этнос, находящийся в неустойчивых состояниях фазовых переходов, легко уязвим, и легко может стать жертвой более пассионарного соседа” [8].
Существуют три способа приведения долей пассионариев и субпассионариев до спектра оптимальных значений следующей (текущей) фазы (или оптимизации долей пассионариев и субпассионариев): их гибель в ходе внутренних конфликтов, сброс со своей территории в результате проведения агрессивной захватнической политики или колонизации и уничтожение посредством массовых репрессий, проводимого обычно карательными органами государства.
Способы оптимизации долей энергетических типов имеют свои аналоги в биологических популяциях. Ю.М. Плюснин выделяет следующие механизмы регуляции популяционного гомеостаза: 1) путем миграции особей с определенным типом поведения (например, с высоким уровнем исследовательской мотивации); 2) путем выделения внутри сообщества новых группировок – вроде “банд” молодых животных, перешедших к самостоятельной жизни; 3) путем физического уничтожения определенных особей, “лишних” с точки зрения сообщества; 4) путем деления материнской группы и вычленения из нее дочерней группировки, которая начинает жизнь как самостоятельное сообщество. Описаны случаи возникновения между ними антагонистических отношений, когда даже родственные и дружеские связи не препятствуют вражде между разделившимися сообществами. Описана история, когда большее из разделившихся сообществ шимпанзе организовало “банду” (многосамцовую группу), которая убила всех шимпанзе из другого сообщества, включая не только самцов и детенышей, но и самок, ценность которых для шимпанзе очень велика [15].
Способ оптимизации путем сброса со своей территории имеет своей биологической основой первый и второй механизмы регуляции популяционного гомеостаза, путем массовых репрессий – третий механизм, путем гибели в ходе смут – четвертый механизм. Напомним, что началу гражданской войны обязательно предшествует раскол этнического поля – разделение большинства пассионариев и субпассионариев этноса, а вслед за ними – и гармоничников на две противостоящие друг другу военно-политические группировки. Из цитировавшейся работы ясно, что раскол популяции и “война” на уничтожение между разделившимися сообществами имеет место, по крайней мере, среди приматов.
Был проанализирован этнополитогенез ряда этносов и созданных ими государств, по политической истории которых имеются более или менее полные и достоверные фактические данные. На основе этого анализа было выяснено, что все фазы и фазовые переходы начинаются и заканчиваются в определенном возрасте этноса с некоторым допуском. Эта инвариантная относительно этносов, исторических эпох и типов политий закономерность получила название “числовой алгоритм этнополитогенеза”. Алгоритм определяет начало и окончание, т.е. возрастные рамки фаз этногенеза и фазовых переходов, а также кризисных периодов внутри фаз подъема, акматики и инерции, аналогичных по своим признакам фазовым переходам (см. ниже).
1. Фаза подъема: 0 – 340-360 лет.
Состоит из инкубационного (0 – 100-155 лет) и явного (100-155 – 340-360 лет) периодов. Явный период начинается с создания этносом своего государства. Внутри явного периода выделяется смутный (185 – 235 лет).
2. Фазовый переход подъем-акматика: 340-360 – 450-470 лет.
3. Фаза акматики: 450-470 – 630-655 лет. Внутри этой фазы выделяется смутный период пассионарного перегрева (540-560 – 570-585 лет).
4. Фазовый переход акматика-надлом: 630-655 – 680-725 лет.
5. Фаза надлома: 680-725 – 755-810 лет.
6. Фазовый переход надлом-инерция: 755-810 – 840-875 лет.
7. Фаза инерции: 840-875 – 1302-1334 года.
Внутри этой фазы выделяются три кризисных периода: первый (880-920 – 935-970 лет), второй (1025-1070 – 1100-1145) и третий (1175-1215 – 1260-1285), разделенных четырьмя стабильными периодами.
8. Фазовый переход инерция-обскурация: 1302-1334 – около 1500 лет.
Числовой алгоритм описывает на качественном уровне изменение долей энергетических типов в составе этноса в зависимости от его возраста. Если рассматривать этническую систему как самоорганизующуюся, то эти доли являются теми управляющими параметрами, динамика которых определяет, окажется ли этнос в устойчивом состоянии фазы или неустойчивом состоянии фазового перехода  или кризисного периода внутри фазы.
Алгоритм полностью справедлив, разумеется, для некого идеального этноса (условия идеальности этноса см.: [14]). Однако некоторые этносы (египтяне, ассирийцы, китайцы, римляне, персы, византийцы, англичане, русские и ряд других) близки к идеальному, так как их этнополитогенез развивался почти в точном соответствии с алгоритмом.
Числовой алгоритм как универсальная закономерность выражает, по-видимому, зависимость динамики пассионарности от цикличности климата, синхронизируемой циклами солнечной активности. Напомним в этой связи положение Л.Н. Гумилева об этносе как биофизической реальности. Это положение можно понимать так, что колебания пассионарности – биологического в своей основе параметра синхронизируются колебаниями, имеющими физическую природу – циклами солнечной активности.
Известна точка зрения Дж. Голдстоуна, который, в отличие от представителей неомальтузианства, считает, что популяционная динамика (следовательно, и динамика качества населения) зависит преимущественно от изменения климатической и эпидемиологической ситуаций [1]. Мнение Дж. Голдстоуна находит подтверждение в экологических данных. Анализ статистических данных о заготовках пушнины компанией Гудзонова залива показал, что численность основных объектов промысла – американского зайца-беляка и охотящейся на него канадской рыси претерпевала циклические колебания с периодом около 10 лет. Эти колебания, видимо, синхронизируются воздействующими на кормовую базу зайца-беляка климатическими вариациями, которые, в свою очередь, синхронизируются хорошо известным 11-летним солнечным циклом.
Согласно В.Г. Кривенко, механизм синхронизации колебаний климата солнечными циклами следующий: “Изменяя количество тепла, посылаемого на Землю, и влияя на типы атмосферной циркуляции, циклы солнечной активности обусловливают одновременные изменения температурного режима и влажности, определяя циклический характер колебаний климатических условий” [16].
Влияние климата на историческую динамику не подлежит сомнению. На основе изучения озерных отложений было получено доказательство роли изменения климата в коллапсе классической цивилизации майя [17]. Реконструкция климатической истории центральной части Мексики по данным кернов озерных отложений для последних 2600 лет была продолжена в работе [18]. Авторы установили, что в выпадении осадков проявляется четко повторяемая картина засух с периодом в 208 лет и сделали вывод об их солнечной природе. В работе [19] было доказано, что картина изменения климата с циклом около 200 лет имела место и в экваториальных регионах Восточной Африки.
В.А. Дергачев на основе анализа радиоуглеродных данных и данных по изотопу бериллия-10 выделил 205-летний цикл, имеющий солнечное происхождение. С этим солнечным циклом имеет высокий коэффициент корреляции примерно 200-летний климатический цикл, выявленный в различных районах земного шара. Это свидетельствует о том, что 200-летняя изменчивость климата должна быть глобальным явлением [20].
Согласно числовому алгоритму, возраст середины смутного периода фазы подъема составляет 210 лет (185 + 235 = 420/2 = 210), возраст середины фазового перехода подъем-акматика – 405 лет, возраст середины фазового перехода надлом-инерция – 815 лет, возраст середины третьего кризиса инерционной фазы – 1230 лет. Можно видеть, что эти возрасты примерно кратны числу 205, что и позволяет с некоторой долей уверенности говорить о синхронизации динамики пассионарности 205-летним солнечным циклом. То, что возрасты середины других кризисных периодов не кратны числу 205, объясняется, вероятно, тем, что 205-летний солнечный цикл, как, впрочем, и все остальные солнечные циклы, имеет квазипериодический характер. Также, видимо, динамика пассионарности синхронизируется циклом Глайсберга (точнее, синхронизируется связанным с ним климатическим циклом).
Как пишут Е.И. и В.В. Давыдовы, анализ показывает, что долговременный ход температур (в Центральной Англии и американском штате Нью-Джерси) связан с периодами около 42 и 80-82 года. Авторы приходят к выводу, что данные по температуре показывают цикл Глайсберга, равный примерно 81 году, а также цикл, соответствующий половине цикла Глайсберга [21]. То, что климатический цикл, коррелированный с циклом Глайсберга, выявлен на разных континентах, также свидетельствует о его глобальном характере.
О синхронизации динамики пассионарности одной из гармоник цикла Глайсберга, средняя продолжительность которой составляет 82 года, позволяет говорить существование так называемых “репродуктивных” возрастов материнского этноса (902 года, 1066 и 1230 лет, 1394 года и 1558 лет), в которых в отдельных его популяциях резко увеличивается число рождающихся пассионариев. Вступление по достижению совершеннолетия этих пассионариев или их детей в социальную жизнь ведет к тому, что доля пассионариев в этносе начинает превышать оптимальные для фазы инерции величины, что приводит к началу смут кризисов инерционной фазы [14].
Можно видеть, что значения всех репродуктивных возрастов кратны числу 82 (902 = 82 ? 11, 1066 = 82 ? 13 и т.д.), что и позволяет говорить о синхронизации динамики пассионарности 82-летней гармоникой цикла Глайсберга.
В одном из репродуктивных возрастов пассионариев рождается особенно много, и они и их потомки формируют субэтносы, образующие ядро нового этноса, являющегося “дочерним” по отношению к “материнскому”. В конце жизни дочернего этноса процесс повторяется. Это приводит к тому, что на определенной территории существуют, как правило, несколько последовательно сменяющих друг друга этносов, связанных между собой преемственностью расово-антропологического типа и языка, а нередко – и преемственностью культуры. Эту совокупность родственных этносов мы назвали гиперэтносом [14].
Опираясь на значения репродуктивных возрастов и на примерные даты пассионарных толчков, указываемые Л.Н. Гумилевым [8], были определены даты возникновения всех тех этносов, основные события политической истории которых известны с более или менее достаточной степенью достоверности. Это этносы египетского, шумерского, ассировавилонского, еврейского, арабского, китайского, японского, монголо-тюркского, греческого, индоиранского, романского, германского и восточнославянского гиперэтносов. В целях верификации числового алгоритма был рассмотрен этнополитогенез некоторых из этих этносов [22]. Рассмотрение показало, что их этнополитогенез развивался в целом в соответствии с числовым алгоритмом. Это в определенной мере подтверждает универсальный, инвариантный относительно исторических эпох и типов политий характер алгоритма, что позволяет прогнозировать на его основе развитие существующих государств.
Возможность прогнозирования основывается на том, что, при условии, если известна дата возникновения этноса, то можно определить, в какой фазе или фазовом переходе (неустойчивом состоянии внутри фазы) он находится. Если окажется, что этнос находится около середины какой-либо фазы (середины устойчивого периода внутри фазы), то вероятность возникновения смут в ближайшие годы невелика. Если же этнос находится перед началом фазового перехода (неустойчивого периода внутри фазы), тем более, в самих этих периодах, то вероятность начала смут в ближайшем будущем существенно возрастает.
Был дан прогноз, что ведущие западные этносы находятся на пороге начала фазового перехода инерция-обскурация – периода старческой агонии этноса, для которого характерны масштабные внутриполитические конфликты [22].
Результатом проведенного исследования явилось формулирование универсальной, инвариантной относительно типов политий, этносов и исторических эпох закономерности, связывающей динамику политий в ее конфликтном аспекте с динамикой качественного состава населения (динамикой пассионарности) – числового алгоритма этнополитогенеза. В основе существования алгоритма лежит, видимо, синхронизация динамики пассионарности климатическими циклами, связанными с циклами солнечной активности. Числовой алгоритм позволяет прогнозировать развитие существующих государств.

Список использованной литературы
1. Goldstone, J.A., 1991. Revolution and Rebellion in the Early Modern World. Berceley: University of California Press. 
2. Chy, C. Y. C., and R. D. Lee. 1994. Famine, Revolt, and the Dynastic Cycle: Population Dynamics in Historic China. Journal of Population Economics 7: 351–378.
3. Turchin, P., 2003. Historical Dynamics: Why States Rise and Fall. – Princeton, NJ: “Princeton University Press”.
4. Гиляров А.М. 1990. Популяционная экология. М.: Изд-во МГУ.
5. Дольник В.Р. 2009. Непослушное дитя биосферы. Беседы о поведении человека в компании птиц, зверей и детей. СПб: Издательство Петроглиф.
6. Фрумкин К.Г. 2008. Пассионарность: приключения одной идеи. М.: Издательство ЛКИ.
7. Словарь понятий и терминов теории этногенеза Л.Н. Гумилева (составитель В.А. Мичурин, под ред. Л.Н. Гумилева). 1993. В: Гумилев, Л.Н. Этносфера: история людей и история природы. М.: Экопрос, с. 493–542.
8. Гумилев Л.Н. 1990. Этногенез и биосфера Земли. Л.: Гидрометеоиздат.
9. Кибасова Г.П. 2004. Этническое пространство России: социально-философский анализ. Автореф. дис. … докт. философ. наук. Волгоград: ВолГУ.
10. Кибасова Г.П. 2003–2004. Сущность и этапы этногенеза. Вестник ВолГУ Серия 7. Вып. 3: 41–51.
11. Гумилев Л.Н. 1992. От Руси к России: очерки этнической истории. М.: Экопрос.
12. Петрова И.А., Кибасова Г.П., Жура В.В. 2012. Этногенез и социогенез: проблемы взаимодействия. ВестникВолГУ Серия 7, Филос. 2 (17): 11–16.
13. Ibn Khaldun, 1958. The Muqaddimah: An introduction to history. Translated from the Arabic by Franz Rosenthal. 3 vols. New York: Princeton.
14. Сайфуллин Р.Г. 2009. Алгоритмизация исторического процесса. В: Кузнецов, Б.Л. (ред.), Экономическая синергетика: стратегии развития России. Набережные Челны: Изд-во ИНЭКА, с. 106–126.
15. Плюснин Ю.М. 1990. Проблема биосоциальной эволюции: Теоретико-методологический анализ. Новосибирск: Наука. Сибирское отделение.
16. Кривенко В.Г. Закономерности многолетних изменений численности ареалов животных Северной Евразии. URL: www.ecoexpertcenter.ru/info/zakonomernosti_mnogoletnih_izmeneniy_145.html  
17. Hodell, D.A., J.H. Curtis and M. Brenner, 1995. Possible Role of Climate in the Collapse of Classic Maya Civilization. Nature, V. 375: 391-394.
18. Hodell, D.A., J.H. Curtis, M. Brenner and J.H. Guilderson, 2001. Solar Forcing of Drought Frequency in the Maya Lowlands. Science, V. 292: 1367-1370.
19. Verschuren, D., K. Laird and B. Cumming, 2000. Rainfall and Drought in Equatorial East Africa During the Past 1,100 Year. Nature, V. 403: 410-413.
20. Dergachev, V.A., 2002. Solar Activity and Climate: ~ 200-year Cycle. In the Proceedings of the 2002 International Conference “Solar activity and cosmic rays after the change of the sign of the polar magnetic field of the Sun”, pp: 183-194.  
21. Davydova, E.I., Davydov, V.V., 2002. 100-year Solar Cycle and Problem of Global Warming. In the Proceedings of the 2002 International Conference “Solar activity and cosmic rays after the change of the sign of the polar magnetic field of the Sun”, pp: 177-182.    
22. Сайфуллин Р.Г. 2012. Смуты как характеристика неустойчивых состояний суперэтноса и прогноз развития Запада. Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики 10 (часть 2): 167–172.


Polity and Population Quality Dynamics